На диване экстрим без тормозов не найти

Журнал: Март 2017 #120 Герой: Илья Гибадуллин, основатель сети ЗАПИВКОМ

Автор: Ольга Раева / Фотограф: Никита Крутенков / Партнер рубрики "Увлечение": World Class Центр. 

Узнайте больше о специальном предложении World Class для читателей этого материала.


Чтобы поменять свой внутренний минус на плюс, Илье нужны пара лыж, один кайт, снег и ветер. Вроде бы немного, если не считать главного – повернутой к нему лицом судьбы.

 

Я никогда не думал, что жизнь меня затянет в парусный спорт – кайтинг (кайтбординг, сноукайтинг). С детства я очень серьезно занимался беговыми лыжами. Окончил ДЮСШ олимпийского резерва. И даже когда поступил в челябинский институт, продолжил бегать на лыжах. Бегал, пока не произошла травма, после которой из профессионального спорта пришлось уйти. Хорошо помню, как в 2002 году в коридоре вуза ко мне подошел завкафедрой и предложил заняться сноукайтингом. Любопытство сыграло решающую роль, и я согласился.

Первый год занятий я не понимал, что такое сноукайтинг и зачем он мне нужен. Да, есть красивый кайт, на ногах – горные лыжи, плюс это новый вид спорта, который в нашей стране только зарождался. Но все равно для меня это было развлечение, а не спорт. Мы надевали снаряжение, брали кайт и минут по 30‑50 катались. Я не понимал смысла всего этого. На тренировки, к которым я привык в лыжном спорте, это точно не походило. К тому же спорт для меня – это прежде всего достижение целей. То есть мне нужны понятная цель и путь, который меня к ней приведет.

Только когда пришло лето, я осознал, что скучаю по кайтингу. Скучаю по скорости, ветру, и мне неожиданно для самого себя вдруг очень захотелось, чтобы быстрее пришла зима. Пока ждали снега и льда, мы с парнями перелопачивали все доступные инструкции, смотрели видеокассеты с американскими и европейскими райдерами, проматывали по 1000 раз ролики кайтеров-самоучек.


Фото: Никита Крутенков

Пришла зима, лед встал, и нас уже было не вытащить. Следили за прогнозом погоды и часов по 5‑6 катались каждый ветровой день. Вот здесь как раз появилось стремление и нарисовались цели – пришел спортивный азарт. Начались серьезные методичные тренировки, сформировалась челябинская команда. Кстати, команда из УрФО занимает лидирующие позиции в России начиная с 2009 года: порядка пяти чемпионов мира и шести чемпионов России. Я видел тех, до уровня которых нужно еще расти.Кайтинг – это постоянный позитив, даже если летом плюс 2 градуса. Помните лето 2016 года? В городе стояла духота. Мы часа в четыре вечера срывались с парнями и гнали на Шарташ покататься. Приезжаешь усталым, но вода тут же меняет внутренний минус на плюс. Встаешь на доску (рейс), подымаешь кайт, проезжаешь пару метров, сливаешься с ветром и водой и начинаешь автоматически улыбаться. Мне очень сильно понравилось летом кататься в Крыму. В 2015 году в августе организовали очередной фестиваль экстремальных видов спорта «Extreme-Крым 2015» в Оленевке (мыс Тарханкут). Был сильный ветер – 15‑17 м/с. У нас скорости доходили до 52 км/ч – это было очень быстро. Плюс волны достигали полутора метров. 



Сильно подтаял снег – на поверхности по­явился приличный слой воды. Если в первый день лыжи хоть как‑то ехали по заснеженным надувам, то во второй – просто закапывались в кашу. Я ботинками чувствовал лед. За моими траншеями можно было прятаться.

Поделиться цитатой:

 



Это, конечно, не самые высокие волны, на которых я катался. В 2013 году я впервые катался в шторм в станице Благовещенской, которая недалеко от Анапы. Смотришь на горизонт, а волны его закрывают, ты как будто спускаешься с горы. Штормы – это всегда сюрпризы, поэтому безум­но интересно. Лето – это все‑таки большее удовольствие для кайтеров. Кстати, кайтинг тем и привлекателен, что можно кататься практически круглый год. В один из годов, как только в начале мая на озере сошел лед, мы под хороший прогноз сразу пошли открывать летний сезон. Получился печальный опыт: товарищ потерял на воде доску, а мне пришлось ее искать. Он плавал в ледяной воде, я кружил возле него, предлагая согреться на моей доске, а он кричал: «Ищи мою доску!» Ну а как бросить любимую доску за 1000 евро? Я эту каталку запомнил на всю жизнь – замерз ужасно, а доску мы так и не нашли.

Каждый год в кайтинге кто‑то гибнет. Это экстремальный вид спорта. Когда ты разгоняешься до своего пика, убирается, так сказать, внутренний тормозной механизм, нет рамок страха, тело отрабатывает привычные движения, инстинкт самосохранения уже далеко заперт в чулан, хочется улучшать свой навык владения снарядом. Это выбор, который делает каждый кайтер. И это опасная грань. В том году в Екатеринбурге погиб кайтер: он катался без шлема, и что‑то случилось с кайтом. Мы тоже когда‑то катались без шлемов, но это было тогда, когда скорости были небольшие и не было понимания безопасности. Сейчас техника безопасности – отче наш, она не так просто придумана. И еще одно правило для меня: если чувствую, что не уверен, и тем более если есть проблемы со снаряжением, пытаюсь остановится или отстреливаю кайт.





Во мне никогда не было безбашенности, по крайней мере в моем понимании этого слова. Хотя для тех, кто все свое свободное время привык проводить на диване или максимум прогуливаться по парку, кайтинг – это безбашенность. Для меня ехать на скорости 70‑80 км/ч, стоя за кайтом, лавировать на скорости 30 км/ч, подпрыгивать на высоту 3‑4 метра – это не безбашенность, а спорт. Может, кого‑то обижу, но для меня те, кто привык все выходные проводить перед телевизором, скучны. Мы живем с этими людьми в параллельных мирах, поэтому и терминология, связанная с экстримом, у нас абсолютно разная. Если я приезжаю с работы в десять часов вечера и вижу, что семья уже спит, то надеваю кроссовки и бегу в Зеленую рощу. Для меня быть всегда в движении – привычно. Скорость – это тоже привычно. Хотя скорость именно в сноукайтинге. У меня друг гоняет на машинах, я его давно приглашаю к нам в ветрозависимые, а он всё свои диски протирает. Он не понимает меня, а я не понимаю его увлечения.

Откровенно признаться, я впервые в своей жизни притормозил на прошедшем в этом феврале чемпионате мира по парусным видам спорта WISSA 2017. Чувствовал, что еду на грани собственных возможностей, поэтому решил не рисковать. Мне нельзя было ни в коем случае травмироваться. В 2004 году у меня был компрессионный перелом. Мы катались на Тургояке. Ветер – 25 м/с. Я не справился с управлением кайта. Столб позвоночника, к счастью, остался цел, но все равно потребовалась операция. У меня был перерыв в семь долгих лет. В 2011 году мне разрешили вернуться в сноукайтинг, но надо быть осторожным – лучше больше не травмироваться. Говорят, что в первый день чемпионата было вызвано шесть карет скорой помощи.

Чемпионат проходил в акватории Волги на Жигулевском море. Мы приехали очень сильной командой: двое лыжников и шесть сноубордистов. В первые два дня прогноз по ветру порядка 20 м/с – сильно. Из-за этого проблемы с запуском кайтов у многих райдеров начались уже на парковке. Нерасправленные уши парафойла, «летящий» за кайтом и сносящий все на своем пути райдер было обычным явлением начинавшегося гоночного дня. У меня у самого в первой же гонке схлопнулся кайт – пришлось остановиться, вследствие чего выйти из борьбы. На вторую гонку я уже вышел на маленьком кайте – 8 метров (в первую – на одиннадцатиметровом). Восьмиметровый кайт был уже постабильнее, и на сильном ветру у меня по­явилась надежда на дальнейшую борьбу. Но организаторы все‑таки после третьей гонки решили не продолжать гоночный день.Во второй день дуло поменьше – 15‑18 м/с. Но я все равно вышел с восьмиметровым кайтом. Ко всему прочему сильно подтаял снег – на поверхности появился приличный слой воды. Если в первый день лыжи хоть как‑то ехали по заснеженным надувам, то во второй – просто закапывались в кашу. Я ботинками чувствовал лед. За моими траншеями можно было прятаться. Моя техника катания была поставлена на жесткую поверхность, к такому я был не готов. При этом я видел, что многие спортсмены едут, причем на порядочной скорости. Вечером удалось пообщаться с лидерами ЧМ. Лучше поздно: к последнему дню я разобрался, как ехать, как вести лыжи, каким образом вывешиваться на планке (планка – это то, чем управляется воздушный змей). В итоге с 15‑го места мне удалось вернуться в десятку. Девятое место по миру – не то, что я хотел. Цель была другая. Наработанные на тренировках скорости сулили победу. Плюс в декабре были соревнования в Новосибирске, на которых я лидировал. Проигрыш – это переоценка. Видимо, слишком много я собрал призов, и вот свыше мне сказали: «Задумайся». Рано успокаиваться.

Каждая каталка – она новая, не похожая на предыду­щие. Нельзя отточить мастерство настолько, чтобы ехать на автомате. На каждом прокате работают и тело, и голова. Вообще спорт, тем более экстремальный, дает хорошую подзарядку мозгу. Я помню, что, когда по бизнесу мы работали с партнерами в команде, мне один коллега сказал: «Тебя невозможно просчитать. Неизвестно, какие у тебя будут дальнейшие шаги». Я рисковый человек в спорте, жизни и бизнесе. Ну а как иначе? Если остановишься и начнешь действовать по инструкции или на автомате – конец. 


Истории рубрики выходят при поддержке партнера – фитнес-центра World Class. Мы тщательно выбираем партнеров рубрики и просим их подготовить особые предложения для читателей БЖ. До 31 марта 2017 года World Class предлагает вам премиальный фитнес за 4350Р в месяц в клубе на Красноармейской, 64. 


Добавить комментарий

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи. Авторизоваться